Сура 101: Аль-Кари‘а (Бедствие). Аяты 1—11

Перевод

11. Сокрушающая беда (то есть Судный день)!
12. Что такое сокрушающая беда?
13. Откуда тебе знать, что такое сокрушающая беда?
14. Это случится в тот день, когда люди будут рассеяны, словно мо- тыльки,
15. когда горы станут мягкими, словно расчесанная шерсть.
16. Тогда тот, чья чаша добрых деяний перетягивает на весах,
17. будет в жизни блаженной,
18. тому же, чья чаша добрых деяний на весах окажется легче,
19. пристанищем будет адская пропасть.
20. Откуда тебе знать, что это такое?
21. Это — пылающий огонь.

Тафсир

Комментарий

Сокрушительная беда

Сура, все аяты которой посвящены обстоятельствам Судного дня, начинается такими словами: «Сокрущающая беда! Что такое сокрушающая беда?»

Слово кари‘а образовано от кар‘, что означает ‘ударять одним предметом о другой, чтобы извлечь звук’. От этого же корня образовано слово микра‘а, имеющее значения ‘хлыст’, ‘молот’, поэтому словом кари‘а называют любое печальное, горестное событие.

Второй и третий аяты подчеркивают тот факт, что человеческое воображение не способно постичь величие и значимость этого события, если даже к Святому Пророку (да благословит Аллах его и род его!) обращены слова: «Откуда тебе знать, что такое сокрушающая беда?»

Как бы то ни было, многие комментаторы утверждают, что кари‘а — это одно из названий Судного дня, однако не разъясняют при этом, что слово это подразумевает события, которые будут происходить накануне Иной жизни, когда земной мир буден разрушен, Солнце и Луна погаснут, а моря выйдут из берегов. Если это действительно так, то использование слова кари‘а для описания конца света вполне обоснованно.

Если же подразумевается последующий этап, когда мертвые восстанут из могил и произойдет переустройство мира бытия, то слово кари‘а призвано передать страх и ужас, которые поразят людские сердца в день Страшного суда.

Последующие аяты в определенной степени отражают наши представления о разрушении земного мира, но могут отчасти быть отнесены и к воскрешению мертвых. В целом первое предположение выглядит более убедительным, хотя здесь, как и во многих других коранических стихах, рассказывающих об Ином мире, имеется в виду, что эти события следуют одно за другим.

Вот какими словами описывается поразительный день Страшного суда: «Это случится в тот день, когда люди будут рассеяны, словно мотыльки».

Слово фараш представляет собой форму множественного числа от фараша. Многие комментаторы считают, что это слово означает ‘мотыльки’. Другие полагают, что уместнее трактовать его как ‘саранча’. Исходному значению слова соответствует первый вариант, однако можно предположить, что сторонники второго варианта могли трансформировать его в соответствии с содержанием аята из суры «Аль-Камар» («Месяц»): «С потупленными взорами они восстанут из могил, словно рассеянная стая саранчи» (54:7).

Вероятно, те, кто предпочитают переводить слово фараш как ‘мотыльки’, исходят из того, что мотыльки, попавшие в жестокую бурю, являют собой воплощение растерянности, отчаяния и беспомощности, которыми будут наполнены души людей в Судный день.

Может возникнуть вопрос: «Вызваны ли растерянность, отчаяние и ужасающая беспомощность крушением материального мира, или это реакция на возникновение иного, Духовного мира?»

Ответ на этот вопрос легко обнаружить в приведенных выше аргументах.

Вот как описано еще одно знамение этого Дня: «когда горы станут мягкими, словно расчесанная шерсть».

Слово ‘ихн означает ‘окрашенную шерсть’, а слово манфуш, образованное от нафш, — это ‘чесаная шерсть’, которую получают с помощью специальных машин.

Ранее мы уже говорили о том, что в различных аятах Корана дано описание кануна Иного мира, согласно которому горы вначале сдвинутся со своих мест, затем расколются и рассыплются на куски и наконец превратятся в пыль и рассеются в воздухе. В рассматриваемом аяте то, что останется от гор, уподоблено цветной чесаной шерсти, ворсинки которой разносятся ветром и заметны только благодаря своей окраске. Это последняя стадия разрушения гор.

Приведенный образ можно связать и с самими горами, поскольку в земных условиях горные породы могут иметь самую разнообразную окраску.

В любом случае прочитанные аяты повествуют о первом этапе, знаменующем начало Иной жизни, — разрушении и гибели материального мира.

Затем повествование переходит к этапу Воскрешения, восстанию мертвых из могил и делению их на две группы: «Тогда тот, чья чаша добрых деяний перетягивает на весах, будет в жизни блаженной, тому же, чья чаша добрых деяний на весах окажется легче, пристанищем будет адская пропасть. Откуда тебе знать, что это такое? Это — пылающий огонь».

Слово мавазин представляет собой форму множественного числа от мизан, первоначально означавшего ‘весы’, то есть устройство, с помощью которого определяют вес материальных предметов. Затем слово стало использоваться также и в переносном смысле для количественного измерения духовных субстанций.

Некоторые полагают, что в Судный день поступки человека будут явлены в телесной оболочке, поддающейся количественному измерению, и взвешены на весах Божественного правосудия.

Есть и другое мнение, согласно которому взвешиваться будет сама Книга деяний. Если в ней записаны добрые дела, то она будет тяжелой, в противном случае она будет легкой или совсем лишенной веса.

Конечно же, понятно, что столь подробные объяснения излишни. Поступки человека не обязательно будут взвешиваться на обычных весах с двумя чашами. Измерить их все можно разными способами. Об одном из них говорится в предании: «Повелитель верующих имам Али и другие имамы, наследовавшие ему (да будет мир с ними!), являются теми весами, на которых взвешиваются наши поступки» Бихар аль-анвар . Т. 7. С. 251. .

В предании от имама Садыка (да будет мир с ним!) приводится эпизод, в котором имам, отвечая на вопрос о значении слова мизан, ответил так: «Весы и правосудие — это одно и то же» Нур ас-сакалейн . Т. 2. С. 5. .

Таким образом, существование святых избранников Божьих и/или законов Небесной справедливости позволяет использовать их в качестве эталона, чтобы оценивать и сравнивать с ними поступки людей.

Между прочим, форма множественного числа, мавазин, подчеркивает то обстоятельство, что Божьи избранники и Небесные законы представляют собой отдельные, самостоятельные инструменты измерения, поскольку разнообразие человеческих качеств и поступков требует различных средств их оценки.

Ракиб в своей работе Муфрадат пишет: «В Священном Коране слово мизан используется иногда в единственном числе, иногда — во множественном. Первое соотносится с Тем, Кто осуществляет подсчет, то есть с Господом, второе — с теми, кто предстает перед Судом Всевышнего».

Использованное в аяте слово ‘иша радийя (‘блаженная жизнь’) вызывает в воображении отрадную картину спокойной и приятной жизни праведников в раю. Она настолько хороша, что для ее описания используется причастие в активном залоге «приносящая блаженство».

Несравненное благо райской жизни может быть даровано человеку только в Ином мире, поскольку земная жизнь, какой бы счастливой, благополучной и безопасной она ни была, не может быть абсолютно свободной от всевозможных неурядиц и проблем. Только в Ином мире человеку дана счастливая и радостная жизнь, исполненная безопасности, умиротворенности и изобилия.

Употребление в девятом аяте слова умм (‘мать’) можно объяснить тем, что именно у матери находит прибежище и защиту попавший в беду ребенок. Грешник же, чьи добрые дела в земной жизни оказались слишком легковесными на весах Божественного правосудия, не имеет другого прибежища, кроме ада, и горе тому, чье прибежище — ад.

Слово хавийя образовано от хавайя (‘падать’) и служит одним из названий ада, куда падают грешники. Кроме того, это слово демонстрирует глубину пылающей адской бездны.

Слово хамийя образовано от хамий — ‘невыносимый жар’ и призвано дать представление о неописуемом жаре адского огня.

В любом случае слова «Откуда тебе знать, что это такое? Это — пылающий огонь!» призваны подчеркнуть мысль о том, что никто из людей не может представить себе кару, ожидающую грешников в Ином мире, и пламя ада.

Взвешивание добрых деяний; решающие факторы

Несомненно, что деяния праведников неравноценны и весьма отличны одно от другого. Именно поэтому особый упор делается на те поступки, которые в Судный день способны склонить весы в сторону чаши добра.

Согласно одному из преданий, Святой Пророк (да благословит Аллах его и род его!), комментируя слова «нет бога, кроме Аллаха», сказал следующее: «Они указывают на единственность Аллаха. Аллах не одобрит ни одного дела, которое не сопровождается этими словами. Они относятся к тем добродетелям, которые утяжеляют чашу добрых дел в Судный день» Нур ас-сакалейн . Т. 5. С. 659. Предание 12. .

В другом предании приводятся слова Имама Али (да будет мир с ним!), произнесенные им по поводу слов, свидетельствующих единственность Аллаха и пророческую миссию Его Посланника (да благословит Аллах его и род его!): «Без этой формулы чаша благих поступков людей легка, с нею — тяжела» Там же. Предание 8. .

А вот слова, принадлежащие имаму Бакиру и имаму Садыку (да будет мир с ними!): «Нет ничего весомее на чаше добрых дел, чем благословение Пророку Мухаммаду и его роду. Некоторые из тех, кто придет в Судный день отчитаться за свои деяния, обнаружат, что чаша с их добрыми делами легка. Но она станет более весомой, если на нее ляжет благословение Мухаммаду и его роду» Там же. Предание 7. .

Господи! Положи на чашу весов вместе с нашими добрыми деяниями нашу любовь к Мухаммаду и его роду (да благославит их Аллах и приветствует!).

Господи! Мы не можем достичь ‘блаженной жизни’ без Твоей благосклонности. Помоги нам!

Господи! Адское пламя невыносимо для нас. Избавь нас от него Своей милостью!